Блокада Ленинграда - тяжелейшая страница нашей истории, два года, унесшие сотни тысяч жизней и в то же время подарившие нам уникальные примеры героизма, духовной мощи и величия искусства, доказавшие, что музыка выше и сильнее войны и смерти. В течение 900 дней культурная жизнь не прекращалась. Наоборот, она стала важным источником поддержки и воодушевления для жителей и защитников города.

Оперной певице Галине Вишневской было всего 15 лет на начало осады. Несмотря на юный возраст, все 900 дней она провела в Ленинграде, и даже потеряв бабушку, единственного близкого человека, находила в себе силы ходить в школу, где училась перевязывать раны и обращаться с оружием. Голодное время и одиночество подорвали здоровье девочки, она слабела, была близка к смерти, но, к счастью, её нашли и спасли сотрудники патрульной бригады во время обхода квартир.

Именно в это тяжёлое время открылся главный талант Галины Вишневской - она стала петь, и её пригласили в джазовый оркестр воинской части, дававший концерты в ленинградских больницах. Днём девушка заботилась о раненых, а по вечерам выступала перед пациентами госпиталей. Так один из самых тяжёлых и трагичных периодов в истории подарил нам талант Галины Вишневской и стал началом блестящей карьеры одной из лучших оперных певиц XX века.

В это же время, в 1941 году, в блокадном Ленинграде начал писать свою 7 симфонию Дмитрий Шостакович. Ему много раз отказывали в отправке на фронт, несмотря на его постоянные настоятельные требования и стремление сражаться за родную страну. Тогда он, как и многие ленинградцы, вступил в бригаду противовоздушной обороны, дежурил на крышах, тушил зажигательные бомбы, а всё свободное время проводил в консерватории, где писал произведение, позднее прославившее его на весь мир.

«Я не мог поступить по-другому и не сочинить» - скажет Шостакович после, - «Я всего лишь хотел запечатлеть образ нашей страны, которая так отчаянно сражается, в собственной музыке».

В 1942 году, после эвакуации композитора, в Ленинград на военном самолёте доставили партитуру симфонии. Произведение, обличающее и приговаривающее фашизм к гибели, стало символом стойкости советского народа, знаком будущей победы и олицетворением силы духа и таланта ленинградского композитора, сумевшего бросить вызов смерти и войне.

Исполнить симфонию в осаждённом городе, в кольце блокады, предстояло оркестру Ленинградского радиокомитета.

«Репетиция не состоялась», - однажды написал в журнале дирижёр Карл Элиасберг, - «Срабиан мёртв. Петров болен. Боришев мёртв. Оркестр не работает». Но симфония была необходима Ленинграду, необходима именно такой, какой её создал Шостакович — величественной, монументальной, написанной для исполнения расширенным составом оркестра. Поэтому Карл Ильич лично разыскивал по городу музыкантов, давал объявления, добивался вызова исполнителей из агитационных бригад с фронта.

На первом собрании возрождаемого оркестра было всего 15 человек, и репетиция продлилась лишь четверть часа: у дирижёра дрожали руки, а музыканты не находили сил даже извлечь звуки из инструментов. Но Элиасберг был строг и настойчив, требовал безукоризненной игры. Гобоистка оркестра Ксения Матус потом сказала: «если бы не… его напористый, героический характер, никакого оркестра, никакой симфонии в Ленинграде не было бы». И вот, спустя, казалось бы, совсем немного времени, оркестр репетировал уже по 6 часов ежедневно, а Карл Ильич добивался для музыкантов увеличенного пайка и за день до премьеры искал в Ленинграде хотя бы несколько картофелин, чтобы накрахмалить воротнички к выступлению.

Каждый из жителей блокадного Ленинграда поистине герой. Но подвиг измученных голодом и болезнями музыкантов часто остаётся за рамками упоминаний об этих страшных годах, кажется на фоне сражений и обороны не столь важным и значимым в общем вкладе в победу. Однако в день снятия блокады Ленинграда, когда отдаётся дань людям, сражавшимся против зла и смерти, нельзя не вспомнить и о тех, кто, отдавая последние силы, поддерживал в ленинградцах веру в торжество жизни, сочинял музыку, играл и пел в осаждённом городе - о Галине Вишневской, Дмитрие Шостаковиче и Карле Элиасберге.